Несколько слов о медиации в России

Если бы вы знали, как часто, стоя в многочасовой очереди в коридоре очередного суда, я, выслушивая пикировки сторон конфликта, мечтала вывести их на конструктивный диалог. Еще студенткой я с особым любопытством наблюдала за развитием внесудебных способов разрешения спорных ситуаций, завистливо белела, изучая вопросы становления подобных практик по миру. Такое явление как «медиация» долгое время оставалось для меня иллюстрацией правовой утопии, некой альтернативной реальности, где вступающие в деловые отношения хозяйствующие субъекты даже в самой патовой ситуации остаются партнерами, радеющими за взаимное уважение прав,  экономических интересов, репутации. Признаюсь честно, ежедневно составляя претензии, исковые заявления, отзывы на таковые, сопровождающиеся регулярным обменом любезностями между моими очередными Иваном Ивановичем и Иваном Никифоровичем, ранее так долго и беззаветно делящими прибыль в составе коммерческого общества «Миргород», а также отпуска и юбилеи, я уже было совсем отчаялась на своем профессиональном веку получить юридически обоснованную возможность вывести поссорившихся из совершенно не нужных им в конкретном случае узких кулуаров системы правосудия. Русская душа, она такая, широкая, ранимая, как пишет  Николай Рыленков, «здесь мало увидеть, здесь надо всмотреться…здесь мало услышать, здесь вслушаться нужно». А теперь поставьте себя на место судьи, у которого таких вот споров по двадцать на дню, по 15 минут в повестке дня на каждое, тут хочешь – не хочешь, подведешь всех под одну гребёнку применимой нормы и отпустишь далее ругаться в коридор. Задачи другие, время- зарплата, количество не всегда качество, главное – статистика обжалований, которую всегда можно размыть чем? Да, всё тем же количеством.

И вдруг, в 2010 году, случилось. После неудачных попыток в 2006, 2008, 2009 году, принят Федеральный закон «Об альтернативной процедуре урегулирования спора с участием посредника (медиации)».

История становления действующего регулирования явления медиации в условиях российской действительности требует, на мой взгляд, отдельного упоминания. Хотя бы для демонстрации прогресса в понимании специфики этой процедуры.

12 декабря 2006 года на рассмотрение Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации (далее – «Государственная Дума») был представлен проект федерального закона «О примирительной процедуре с участием посредника (медиации)». Пояснительная записка к документу вкратце оговаривала факт широкого применения медиации в мире, в том числе, в России, возникшую необходимость  её правового регулирования как «способа разрешения экономических споров», допустимого национальным арбитражным процессуальным законодательством[1]. Там же, в целях соблюдения авторских прав или, как в моем случае, для лучшего понимания того, что именно хотел сказать сочинитель, закреплена отсылка к главному источнику вдохновения – Типовому закону «О международной коммерческой согласительной процедуре», принятому Комиссией ООН по праву международной торговли (ЮНСИТРАЛ) и одобренному Генеральной Ассамблеей ООН в 2002 году.

Уже при рассмотрении в первом чтении проект собрал достаточное количество комментариев и предложений по его совершенствованию. В числе прочих – рекомендации согласовать его положения с нормами законодательных актов Российской Федерации, предусматривающих возможность альтернативного порядка разрешения споров, регламентация принципа автономии сторон, нюансы реализации принципа конфиденциальности информации в процедуре медиации, уточнение статуса организаций, обеспечивающих проведение примирительных процедур и отдельных вопросов их взаимодействия с компетентными судами.

11 ноября 2008 года законопроект был  снят с рассмотрения Государственной Думой в связи с отзывом субъектом права законодательной инициативы, чтобы вернуться с минимальными правками и под иным входящим номером 14 ноября  2008  года.

Все изменения вновь представленного документа свелись к некоторым уточнениям, коснувшимся, в том числе, понятия «соглашение о проведении примирительной процедуры», его формы, обязанности судов по формированию списков компетентных в медиации организаций и соглашения об урегулировании спора, конкретнее – его содержания и порядка утверждения.

И всё.

Значительная часть комментариев Комитета Государственной Думы по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству, принесенных на проект еще в 2007 году, осталась неучтенной, как и рекомендации Правительства Российской Федерации. Последнее, впрочем, не постеснялось назвать вновь представленный текст нормативно-правового акта «аналогичным» его предшественнику и напрямую сослалось на замечания, указанные в официальном отзыве № 3176п-П4 от 27 июля 2007 года.

В итоге получите круговорот идентичных по содержанию отзывов, отсутствие какой-либо аргументации в обоснование длящегося упорства разработчиков проекта – никаких изменений в текст внесено не было вплоть до его отзыва все теми же субъектами права законодательной инциативы, уже 08 июня 2010 года.

В сухом остатке имеем три с половиной года мытарств одного и того же, по сути, документа, декларация значимости примирительных процедур для общего оздоровления инвестиционного климата в России и деловых отношений между хозяйствующими субъектами на ее территории, для обеспечения эффективности работы национальной судебной системы, и все это — в отсутствие какой-либо видимой работы над текстом со стороны инициаторов.

Было ли сие результатом очевидной, казалось бы, незаинтересованности в судьбе разработанного нормативно-правового акта или, наоборот, невиданного упорства и преданности каждому его положению, обусловивших отсутствие конструктивного диалога в ходе его редактирования, остается только догадываться. В любом случае, мне кажется, оставлять такие следы в истории принятия закона о примирительных процедурах полезно, как иллюстрацию явлений, во избежание которых он разрабатывался.

Да простит меня Законодательное Собрание Санкт-Петербурга, но рассмотрением  внесенного им в 2009 году проектом федерального закона «О примирительной процедуре (медиации)» я пожертвую в пользу действующего нормативно-правового акта, вероломно присоединившись тем самым к основным его рецензентам. Впрочем, как может быть  иначе, когда очередное предложение по урегулированию столь значимой области правоотношений поступает от Президента Российской Федерации? Казалось бы,  у проекта 2009 года просто не было шансов. В моем понимании, «приговор» был вынесен ответственным комитетом Государственной Думы, рекомендовавшим палате Федерального Собрания отклонить документ, поскольку   внесенные главой государства законопроекты «в более полной мере» решают задачи всестороннего урегулирования вопросов, связанных с участием медиатора, и в большей мере соответствуют требованиям юридической техники[2].

14 мая 2010 года проект Законодательного Собрания Санкт-Петербурга был отклонен Государственной Думой РФ.

И, наконец, внесенный в марте 2010 года Президентом Российской Федерации законопроект «Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)», молниеносно прошел все необходимые стадии законотворческого процесса и вступил в силу 1 января 2011 года.

С тех пор и действует, претерпев минимальные изменения, всем посвященным на радость.

С января 2011 года существует установленная законом возможность решить вне суда споры, возникающие из гражданских правоотношений, в том числе, в связи с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности, из трудовых и семейных правоотношений, за некоторыми исключениями, даже если инициировано судебное разбирательство. Для этого сторонам или одной из сторон достаточно принять решение о выборе такого способа урегулирования спора, обратиться в организацию, осуществляющую деятельность по обеспечению проведения медиации или к конкретному медиатору и предоставить возможность специалистам оказать им необходимое содействие в разрешении конфликтной ситуации.

Далее, во избежание полновесного цитирования текста применимого закона, позволю себе обратиться к читающей аудитории с вступительным словом медиатора, дабы попытаться объяснить суть процедуры:

«Уважаемые господа,

Медиация в контексте нашей встречи призвана стать процедурой  рассмотрения ваших противоречий, с моим участием в роли беспристрастного третьего лица, с целью обеспечения выработки вами обоюдовыгодного решения.

Моя задача  как медиатора заключается в том, чтобы максимально открыть вам те возможности,  которые вы уже предоставили друг другу, приняв решение об обращении к медиации.

Каково содержание каждой  видимой вами возможности, как оно будет меняться – целиком и полностью в ваших руках.

Вы являетесь собственниками вашего конфликта, как следствие, никто, кроме вас самих, не способен найти его оптимальное для себя  решение.  Медиация даст вам возможность рассмотреть причины и составляющие позиции вашего оппонента, быть может, ваши интересы не исключают друг друга и оптимальное для вас решение ожидаемо вашим визави.

Для осуществления этой возможности, я хотела бы предложить вам своё видение условий вашего дальнейшего участия в медиации, если вы на это согласны,-  и это будет единственным случаем, когда я предложу вам какое-либо готовое решение в этой процедуре.

Я предлагаю вам согласовать принцип добровольности участия и поведения в рамках медиации,  как собственных, так и вашего оппонента.  При всем многообразии способов разрешения спорных ситуаций, при всей многогранности ваших личностей, вы встретились здесь сегодня в результате осуществления вашего свободного выбора. Добровольность, обусловившая нашу встречу, станет залогом  исполнимости выработанного вами решения.

Я предлагаю вам провести процедуру на условиях моей объективности и беспристрастности и вашего равноправия и равенства.  Я не являюсь участником вашего конфликта, я не заинтересована в исходе протекающей процедуры, я выступаю гарантом соблюдения процедуры и ее условий, как вы ее для себя согласуете, в частности, гарантом ваших равных возможностей и равновесности вашего поведения.

Я предлагаю вам провести процедуру на условиях взаимного принятия и уважения.  Каждый из вас является сильной самостоятельной личностью  с  глубоко прочувствованной жизненной позицией и накопленным  личным опытом.  Я предлагаю вам согласовать те аспекты, которые обеспечат каждому из вас уверенность в соблюдении рассматриваемых условий. Как вы хотите, чтобы к вам обращались, какие темы считаете неприемлемыми и оскорбительными для обсуждения, иные нюансы, которые вы считаете принципиальными. Если таковые возникнут в течение процедуры, пожалуйста,  скажите об этом.

Я предлагаю вам согласовать условия прозрачности процедуры.  Со своей стороны я готова пояснять и разъяснять условия и последовательность процедуры медиации, озвучивать свои наблюдения, быть открытой в своей деятельности, в том числе, по обеспечению формирования диалога между вами. Я предлагаю вам задавать любые вопросы по ходу процедуры, озвучивать вашу позицию и отношение.  Я предлагаю вам  определить те гарантии и условия, в которых вы сочтете возможным для себя вступить в диалог. Всё, что станет известным мне в результате нашего общения, является  конфиденциальной информацией и не подлежит разглашению, что письменно закреплено в подписанном нами соглашении.  Если вы сочтёте в какой-либо момент необходимым получение дополнительных гарантий конфиденциальности от меня, или другой стороны, пожалуйста, сообщите об этом.

Я предлагаю вам согласовать принципы вашего сотрудничества и соответственности  в процедуре медиации.  Сотрудничества как возможности открыто высказать свою позицию, попросить приостановить процедуру, скорректировать ход медиации,  или любым иным образом проявить участие в рассмотрении вашего конфликта. Под «сответственностью» я подразумеваю принятие вами ответственности за спор, собственниками которого вы являетесь, за пути его разрешения, которые вы для себя видите приемлемыми, и за то решение, которое вы сочтёте адекватно отвечающим вашим интересам.

Если у вас есть вопросы по озвученным мною принципам,  я готова на них ответить и дать необходимые вам пояснения.

Если вы считаете возможным для себя участие в процедуре при соблюдении указанных  выше принципов,  я предлагаю вам согласовать регламент и условия нашего дальнейшего общения».

Я позволю себе оставить этот текст без комментариев, вам на размышление, как и следующие факты.

Анализ картотеки решений арбитражных судов на портале электронного правосудия выявил единицы решений о прекращении производства по делу посредством утверждения мирового соглашения в результате проведенной медиации.[3] Данных об обжаловании таких решений я не нашла.

В системе судов общей юрисдикции статистику применения медиации привел Верховный Суд Российской Федерации в справке, утвержденной Президиумом ВС РФ 06 июня 2012 года[4]. В соответствии с официальными данными, условной популярностью процедура пользовалась у сторон жилищных споров, в конфликтах, возникающих из семейных, имущественных отношений.  Итоговые постановления после медиации сторонами не обжаловались, жалобы на неисполнение или ненадлежащее исполнение медиативного соглашения в суд не поступали. «Суды это объясняют тем,  что  в результате  процедуры  медиации  стороны  урегулировали   возникший конфликт самостоятельно,  выработали  приемлемые  для  них  условия медиативного соглашения, что  и  способствовало  его  добровольному исполнению»[5].

Представители судейского сообщества, медиаторы сходятся во мнении о действенном эффекте медиации, сетуя на ее малую известность и незаслуженное пребывание в небытии в России, тогда как все прогрессивное общество активно прибегает к ее благам. Так, например, с 1 января 2014 года вступил в силу Примирительный регламент Международной торговой палаты, отдельно регулирующий вопросы применения медиации при разрешении споров.

Оценивая количество и качество просиженного в коридорах судов времени, размеры понесенных сопутствующих расходов, годы на исполнение вынесенных постановлений, почему бы не рискнуть и не попробовать договориться?

Решение, в любом случае, в ваших руках, как и судьба любой конфликтной ситуации с вашим участием.


[1]http://asozd2.duma.gov.ru/main.nsf/(ViewDoc)?OpenAgent&arhiv/a_dz_5.nsf/ByID&F8FA9D0BD20EF7FFC3257243002B9E8C

[2] Заключение Комитета ГД по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству при рассмотрении законопроекта № 201888-5  в первом чтении http://asozd2.duma.gov.ru/main.nsf/%28SpravkaNew%29?OpenAgent&RN=201888-5&02

[3] http://ras.arbitr.ru/

[4] http://www.supcourt.ru/vscourt_detale.php?id=8150

[5] http://www.supcourt.ru/vscourt_detale.php?id=8150



Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s